Вчера днем руководству Казанского вертолетного завода (КВЗ) объявили о смене генерального директора: вместо Владимира Гинсбурга предприятием будет руководить Николай Яковлев Фото: источники «БИЗНЕС Online»

Личные обстоятельства? Переутомление? Пенсия?

Вчера днем руководству Казанского вертолетного завода (КВЗ) объявили о смене генерального директора: вместо Владимира Гинсбурга предприятием будет руководить Николай Яковлев, сообщили «БИЗНЕС Online» в пресс-службе «Вертолетов России» (ВР). «Все обалдели», — рассказал о реакции коллектива наш близкий к КВЗ источник.

Новому руководителю завода 51 год. Окончил Донской промышленно-технический колледж, Донской государственный технический университет (по специальности «технология и организация вертолетостроения»). В ВР подчеркивают, что в отрасли Яковлев 30 лет. На «Роствертоле» (в Ростове-на-Дону выпускает боевые Ми-24/35 и Ми-28, а также транспортно-десантный Ми-26) прошел путь от рабочего до директора по материально-техническому обеспечению. В феврале 2023 года был переведен первым заместителем гендиректора ААК «Прогресс» (в Арсеньеве строит Ка-52). Одним словом, из коренных вертолетостроителей, которых у руля КВЗ не было со времен Вадима Лигая.

Настораживает то, что Яковлев уже пятый глава КВЗ за последние 6 лет. Напомним хронологию смены руководства в новейшей истории КВЗ. Дольше всех во главе завода стояли Александр Лаврентьев (1984–2007) и Лигай (2007–2018), ставший гендиректором во время перехода предприятия от самостоятельности под крыло ВР. А дальше смены пошли с пугающей частотой. В феврале 2018 года управляющим директором (гендиректорство упразднили) стал Юрий Пустовгаров. В ноябре 2020-го его сменил Алексей Белых. В декабре 2021 года его заменили Гинсбургом, вернув должности гендиректорский статус.

Последний пришел на волне смены власти в самих ВР и принял завод в нижней точке упадка, первые признаки которого, как говорят наши источники, стали заметны в 2013–2014 годах в виде роста кредиторской задолженности, которая в итоге достигла 30 с лишним миллиардов рублей. Если говорить о выпуске вертолетов, то исторический минимум пришелся на 2019 год (27 машин). В 2020-м и 2021-м построили 39 и 45. Гинсбургу сразу нарезали план: в 2022-м — 111 вертолетов (58 Ми-8/17, 41 «Ансат» и 12 Ми-38). Это вызвало у общественности немалое удивление: в новейшей истории завода за сотню он выбирался только дважды — в рекордных по всем показателям (в том числе по экспорту) 2013 и 2014 годах: 103 и 107 машин.

Сколько КВЗ построил в 2022-м, доподлинно неизвестно (в последнее время такие цифры не оглашаются). Предположительно, порядка 100. Впрочем, в авиастроительных кругах поговаривали, что, если будет даже 80, Гинсбургу надо ставить памятник. Тем удивительнее его отставка. В ВР нам сообщили, что он покидает завод «по личным обстоятельствам». Может быть, сказалось переутомление? 69 лет — солидный возраст. Поговаривают, что Гинсбург уходит на пенсию. «Он работал с 7 утра (первая оперативка) до 9 вечера, — рассказывает один из наших собеседников в казанском сегменте авиапрома. — И так целая группа руководителей. Домой ходили только ночевать. Как люди на это соглашались, не знаю».

«Гинсбург очень толковый директор, но один человек ничего не изменит», — философски отметил в беседе с «БИЗНЕС Online» председатель правления Торгово-промышленной палаты РТ Шамиль Агеев.

«На своем посту ему удалось добиться высоких результатов», — оценило работу Гинсбурга руководство ВР в ответе на запрос «БИЗНЕС Online»«На своем посту ему удалось добиться высоких результатов», — оценило работу Гинсбурга руководство ВР в ответе на запрос «БИЗНЕС Online» Фото: «БИЗНЕС Online»

Коней на переправе…

«На своем посту ему удалось добиться высоких результатов», — оценило работу Гинсбурга руководство ВР в ответе на запрос «БИЗНЕС Online». Наш источник склонен с этим согласиться: «Он начал все выстраивать заново, и у него стало получаться. А потому жаль, что уходит. Хотя ему 69 лет, пашет будь здоров». Интриги добавляет то, что вчера же со своего поста ушел и второй в заводской иерархии человек — замгендиректора по производству Николай Гордеев. Он трудился на КВЗ со времен Лаврентьева, потом, говорят, в чем-то не сошелся с Лигаем и покинул предприятие. Вернул его Гинсбург. Гордеева называют суперпрофессионалом. «Его уход — тяжелая потеря для КВЗ, — уверяет еще один наш собеседник. — Это единственный руководитель за последние годы, который сумел организовать производство и вывел его на темп 10 вертолетов в месяц».

Странную ситуацию смены коней на переправе дополняет еще несколько моментов.

Первый. На перепутье находится программа «Ансат». Выпуск вертолета приостановлен из-за того, что поставок в Россию штатных для этого проекта двигателей PW207K от Pratt & Whitney Canada больше не будет. Вот-вот должны начаться испытания «Ансата» с российскими движками ВК-650В. К тому же на этой машине, как заверяют, импортозамещено вообще все. По сути, вертолету предстоит второе рождение.

На перепутье находится программа «Ансат». Выпуск вертолета приостановлен из-за того, что поставок в Россию штатных для этого проекта двигателей PW207K от Pratt & Whitney Canada больше не будет Фото: «БИЗНЕС Online»

Второй. До сих пор непонятен статус программы Ми-38. Она останавливалась после катастрофы Ил-112 в августе 2021 года (на Ми-38 установлен вертолетный вариант двигателя ТВ7-117). Таким образом, Ми-38 еще только предстоит полноценно выйти на рынок.

Диверсифицированный модельный ряд (легкий «Ансат», средний Ми-8 и тяжелый Ми-38), какого нет у других предприятий, пока вовсе не конкурентное преимущество КВЗ. «Надо понимать, что сегодняшний завод совсем другой, чем при Лаврентьеве и Лигае, — объясняет один из наших собеседников. — Тогда была одна машина, причем отработанная. Всего 2 тысячи поставщиков. А сегодня три почти ни в чем не пересекающиеся номенклатуры! 6 тысяч поставщиков. 70 тысяч позиций — деталей, узлов, агрегатов! И не все партнеры готовы выполнять нужные нам объемы. Отдельные компоненты по два месяца ждут». Т. е. очевидно, что давнюю проблему с поставщиками покупных комплектующих изделий изжить так и не удалось.

Источник, как и многие другие ранее, указал, что одна из главных проблем завода — в механообработке. И это третий момент. В 2023-м на КВЗ начались радикальные преобразования: дан старт строительству нового сборочного производства, цеха окончательной сборки, центра профессионального обучения (ЦПО), а также модернизации механообработки. Речь идет о создании новой системы производства. Сегодня это постовой метод, когда вертолет собирается на одном участке со сменой сборочных бригад в зависимости от выполняемой операции. Вместо этого появится поточное производство, когда изделие движется по сборочным участкам. Для каждого типа — «Ансата», Ми-8/17 и Ми-38 — своя линия. В новой системе предусмотрена возможность быстрой перестройки в случае повышенного спроса на одну из моделей. Все должно быть завершено в 2024 году.

Смена руководства КВЗ — не разовая акция. В ноябре–декабре будут перемены, некоторые симптомы видны. Явно запущены некие процессы. Возможно, мы видим приход нового поколения, 40-50-летних»«Смена руководства КВЗ не разовая акция. В ноябре – декабре будут перемены, некоторые симптомы видны. Явно запущены некие процессы» Фото: «БИЗНЕС Online»

Вся надежда на ростовскую школу?

Естественен и вопрос о том, почему замену Гинсбургу не нашли в Казани, конкретно — на КВЗ.

Как говорит один из наших источников, за последние 6 лет на заводе произошло катастрофическое кадровое обескровливание в области не только высшего, но и среднего и низового руководства. Многих потом пытался вернуть и Пустовгаров, и Гинсбург, но безуспешно. «На КВЗ они по 12 часов работали, трудились в субботу, воскресенья тоже захватывали и не знали ничего иного. Это было одно, — рассказывает источник. — А тут их махом разобрали другие предприятия, и они поняли, что в субботу можно побыть с семьей, а деньги те же, если не больше. Их уже на аркане назад не затянешь».

Наш источник склоняется к совсем пессимистическому выводу: «Боюсь, казанская вертолетная школа умерла. Что такое школа? Это система, воспроизводящая производственные процессы от начала и до финала. Сегодня она осталась в Улан-Удэ и Ростове. Улан-Удэ тащить в Казань категорически нельзя — во-первых, исторически (давнее соперничество КВЗ и У-УАЗа), а во-вторых, прецедент уже был (имеется в виду Белыхприм. авт.)».

Ростовскую школу наш собеседник оценивает высоко: «Она традиционно независима от всяких навязываемых извне нелепых регламентов. Во многом это происходит от особого отношения губернатора, а вот Татарстан, что бы сейчас ни говорили и какие бы прогрессивные дела ни делали, по каким-то причинам просто упустил завод, отдал его на растерзание. Восстанавливать придется долго… Ростовскую школу никто не поломал, это и дает результат. Там сложнейшие Ми-28 и Ми-26, прекрасное лопастное производство. Порядок на заводе идеальный. Руководство жесткое, и в итоге там главный человек — директор, а не приезжие руководители из холдинга. И то, что Яковлев добрался там до уровня замгендиректора, о многом говорит. Радует то, что он прошел все с самого начала. У него есть понимание, как вертолет делается. Не собирается на финише, не продается, а делается. Плюс в Арсеньеве он увидел другую школу». Наш собеседник добавляет, что у КВЗ с «Роствертолом» всегда были теплые отношения.

Другой наш источник полагает, что казанская школа все-таки жива: «Да, завод запустили, сломали систему, разрушили коллектив, отвыкли работать системно, много, давать план любой ценой, но школа не умерла. Другое дело, что ее носителей во многом раскидало по всей стране. Однако и на заводе остались конструкторы, технологи высочайшего уровня — вертолетостроители душой и телом. Но их надо видеть, поддерживать, ими нужно заниматься».

Эксперт по вертолетной тематике, старший научный сотрудник Военно-воздушной инженерной академии им. Жуковского Евгений Матвеев тоже считает, что об исчезновении школы пока говорить рано. «Действительно, слишком много было параллельных интересов, которые подвигали на смену директоров, — отметил он в беседе с „БИЗНЕС Online“. — В них явно был невертолетный смысл. А это всегда чревато. Если мы что-то недоговариваем, скрываем второе дно, всегда так и будет. Не думаю, что это закат казанской школы. Но тяжело придется, это точно».

Эксперт указывает на то, что признаки грядущих перемен и перестановок заметны в целом по ВР: «Смена руководства КВЗ не разовая акция. В ноябре – декабре будут перемены, некоторые симптомы видны. Явно запущены некие процессы. Возможно, мы видим выход на сцену нового поколения вертолетостроителей».